Инвесторам ИИ-компании сейчас продают странную финансовую схему: мол, компания в убытке, но продукты у неё прибыльные. Сэм Альтман из OpenAI и Дарио Амодеи из Anthropic активно продвигают тезис о том, что юнит-экономика уже сошлась. По их логике, каждый конкретный запрос к нейросети окупает электричество и железо, затраченные на его обработку. А текущие минусы в отчётах это, якобы, инвестиции в неизбежное светлое будущее. Звучит сомнительно — и так показалось не только нам, поэтому исследователи из Epoch.AI решили проверить цифры, собрав на основе открытых данных модель отчётности OpenAI за вторую половину 2025 года.
В их модели валовая маржа составляет около 48% (выручка 6,1 миллиард долларов против 3,2 миллиарда прямых затрат). Это неплохо для завода, но мало для софтверной индустрии. Рынок по привычке оценивает ИИ-компании как разработчиков ПО, тогда как структура их расходов (чипы, энергия, амортизация) по мнению аналитиков больше напоминает тяжелую промышленность или авиаперевозки.
Главная ловушка таких компаний в скорости устаревания продукта. Чтобы модель была успешной, она должна покрыть расходы на создание, которые у OpenAI оценили в 16 миллиардов долларов. Из-за конкуренции жизненный цикл флагмана сжимается до месяцев и нейросеть физически не успевает окупиться. Получается замкнутый круг: компаниям приходится бежать в колесе, сжигая выручку на всё более дорогие новые модели, чтобы не потерять лидерство. А если добавить к прямым расходам зарплаты и маркетинг, то даже без учёта R&D операционный убыток OpenAI за полгода составляет около 700 миллионов долларов.
Осознают это постепенно и в бигтехе. Дискуссия смещается с моделей на дата-центры и их окупаемость. Сатья Наделла в Давосе предупредил, что индустрия потеряет доверие, если продолжит строить «фабрики токенов» без доказательства их реальной пользы. А Тим Кук на вопрос аналитиков о механиках монетизации ИИ ответил набором общих фраз. То бишь даже лидеры рынка пока не уверены, как эту технологию монетизировать, при этом оказавшись заложниками собственной модели роста.
Конечно, оценка Epoch AI — это не более чем аналитическая модель, но компании подтверждают её правдивость своими действиями. Попытки OpenAI ввести рекламу, новые подписки, поднять цены, пересмотреть сделки с Microsoft или Nvidia — это лишь тактические действия, которые вряд ли решат системное противоречие между стоимостью разработки и скоростью устаревания технологий. Правда, исследование не учитывает другую сторону рынка — кучу дообученных и адаптированных открытых моделей, которые гораздо дешевле в обучении и позволяют решать конкретные задачи продукта. А для России, например, это значительная часть рынка.