Одна из первых пирамид эпохи ИИ
Леопольд Ашенбреннер в 24 года управлял хедж-фондом на десятки миллиардов долларов. Как это сейчас водится, торговал он акциями из сферы ИИ и верил – ну или убедил инвесторов поверить – в грядущую повсеместную интеграцию этой технологии. Инвесторы и рады: доходность фонда с начала года достигала 439%. Правда, потом что-то пошло не по плану. За один июль фонд потерял 67% стоимости, а Ашенбреннеру пришлось в спешке распродавать значительную часть портфеля. И частичным виновником этого, как ни странно, стал Сэм Альтман. Обо всём по порядку.
Ещё пару лет назад Ашенбреннер вообще не был инвестором. Он работал в OpenAI в команде Ильи Суцкевера, а после увольнения написал 165-страничное эссе Situational Awareness о том, как ИИ в ближайшие годы перевернёт экономику. Текст стал хитом Кремниевой долины. Строчка OpenAI в резюме тоже помогла: человек из компании Сэма Альтмана рассказывал о будущем достаточно убедительно, чтобы ему начали доверять люди с большими деньгами. Ашенбреннер открыл хедж-фонд с тем же названием, начал с нескольких сотен миллионов долларов, а меньше чем за два года разогнал его более чем до 20 миллиардов. Опыта управления инвестициями у него при этом не было.
Зато была почти мессианская теория: чем умнее становятся модели, тем больше им нужно вычислений, а значит, тем дороже будут производители памяти, владельцы дата-центров и прочие продавцы кирок для нового ИИ-Клондайка. Старых разработчиков софта можно, наоборот, шортить – ставить на их падение. Ведь зачем человечеству условный Adobe, если всё скоро научится генерировать нейросеть? Сначала ставка сработала блестяще. Успехи привлекали новых инвесторов, а новые деньги позволяли делать всё более крупные ставки. Чтобы разогнать фонд сильнее, Ашенбреннер начал занимать у банков. К концу июня доходность достигла тех самых 439%.
А потом рынок пошёл в другую сторону. Любимые фондом компании начали дешеветь: SK Hynix от июньского пика потеряла почти половину стоимости, сильно просели Sandisk и другие крупные позиции. Компании, на падение которых ставил Ашенбреннер, наоборот начали дорожать. Падало то, что фонд покупал, и росло то, против чего он ставил. Из-за кредитного плеча потери оказались ещё больше.
Что, впрочем, не помешало Ашенбреннеру уже на фоне падения разослать инвесторам письмо с предложением воспользоваться моментом и вложиться ещё. Через несколько дней искать пришлось уже не новых вкладчиков, а покупателя на собственный портфель. Большую часть биржевых активов забрал Citadel, один из крупнейших хедж-фондов мира. Причём со скидкой более 10%, почти сразу неплохо заработав на покупке.
Даже после обвала фонд оставался примерно на 80% выше начала года – до июля он успел вырасти больше чем в пять раз. Старые вкладчики в основном наблюдали, как исчезает заработанная прибыль, а поздние теряли уже собственные деньги. Ну и действительно заработать на этой истории в итоге смог сторонний фонд.