Осадок #64: GSM не отключат, немобильные операторы умрут, беспилотники не взлетят, «Яндекс» своего не получит

Давайте вспомним, что же попало в рубрику «Утренняя реплика» на канале Content Review на этой неделе.

Почему операторы не отключают GSM

Смотреть на YouTube
Слушать в mp3

Так получается, что человек довольно быстро забывает трудности и неудобства, которые исчезли с приходом новой технологии. Некоторые платят огромные деньги за то, чтобы пожить в какой-нибудь глуши без электричества, водопровода и других благ цивилизации, почувствовать, так сказать, корни. При этом именно так живет ощутимая часть человечества, но об этом как-то не принято говорить. Вот и дискуссия, развернувшаяся после нашей заметке о том, что GSM отключить если и получится, то нескоро, лет через двадцать, требует некоторых уточнений с позиции здравого смысла.

Для начала — пара слов о том, зачем вообще отключать старые технологии связи. Тут все просто, GSM, как и остальные поколения, занимают частоты, зачастую низкого спектра. Связь на таких частотах строить одно удовольствие, она может быть не сильно быстрой, зато обеспечить покрытие намного легче, чем на высоких частотах. Замечали, что чем дальше отдаляешься от очага цивилизации, тем быстрее на смартфоне остается лишь значок 2G? Это вот как раз преимущество GSM — без связи не останетесь даже в тайге. Да, про интернет в таких условиях говорить не стоит, но звонки и SMS ходят, а это как тот же водопровод и канализация — базовые потребности в связи.

Живущим в городах любителям замерять скорость доступа через Speedtest редко выпадает случай оказаться на трассе с пробитым колесом, где-то посередине нигде. И хорошо, если опыт в замене колеса есть, но зачастую первое, что приходит на ум — это посмотреть в YouTube обучающий ролик. Увы, в лучшем случае на трассе будет лишь GSM, но и этого уже достаточно, чтобы позвонить знающему товарищу и получить консультацию. В крайнем случае — вызвать эвакуатор. И при всем уважении к нашим операторам, если за последние годы даже на федеральных трассах не появилось сплошное покрытие хотя бы 3G, не говоря уж об LTE, то вряд ли в обозримом будущем это изменится. Более того, имея опыт длительных заездов по федеральным трассам, можно с уверенностью сказать — связь на них деградирует, и там, где раньше был LTE — гордость одного из операторов — сегодня в лучшем случае пробивается лишь 3G.

Операторов тоже можно понять. Базовые станции стоят денег. Строительство локаций — банальных столбов и проведение к ним оптики — стоит денег. Операторы не против тратить эти деньги, но после известных событий, удвоивших курс доллара, к тратам ради имиджа операторы относятся без энтузиазма. Поставь базовую станцию в городе, и ты получишь новых абонентов, поставь базовую станцию на трассе и максимум, что получишь, это спасибо от автомобилистов, привыкших к онлайн-навигации и стриминговым сервисам. Выбор для оператора очевиден.

В итоге получается, что сеть GSM для операторов сегодня — палочка-выручалочка. Формальное покрытие мобильной сетью есть? Есть. А то, что для РКН и ФАС сегодня важнее голосовая связь, это уже другой вопрос. Эти ведомства до сих пор мерилом качества связи считают количество обрывов и успешных соединений голосовых звонков. Хотя сами общаются в Telegram, а не голосом.

Диссонанс в восприятии прогноза о нескором отключении GSM вызывает именно тот факт, что читатель зачастую сидит на высокоскоростном интернете и не понимает, зачем поддерживать эту архаику второго поколения. Но мы спешим успокоить наших читателей. GSM постепенно отключают или ограничивают в крупных городах. Только вот это не связано с отказом от 2G в масштабах всей сети. Просто операторы именно для вас увеличивают частотный пул в городе. А за кольцевой дорогой мегаполисов начинается страшная территория. Территория GSM. И такой она останется надолго. Как бы это не хотелось отрицать членам секты свидетелей 5G, к которой себя причисляет и автор этих строк.

К оглавлению

Почему у операторов без мобильной связи нет будущего

Смотреть на YouTube
Слушать в mp3

Коллеги подняли интересную тему, и мы не видим повода не поддержать ее. Поэтому сегодня речь пойдет про конвергентные тарифы. Если последние несколько лет вы жили в тайге в строгом соответствии с желанием прочувствовать на себе лишения и тяготы прошлых поколений, то напомним. Конвергентные тарифы — это комплексные предложения операторов, включающие мобильную связь, домашний интернет и телевидение. Все это по единой цене, причем, как правило, с серьезным дисконтом. До недавнего времени полноценный конвергент могли предложить своим клиентам разве что «Билайн» и «Ростелеком», остальным приходилось довольствоваться костылями и псевдоконвергентом. Ну как кэшбэк, который не кэш и не бэк. Но времена меняются, и все очевиднее становится суровая правда жизни — без конвергента у оператора нет будущего.

В России конвергент появился отнюдь не по причине конкурентной борьбы. Просто в определенный момент «Билайну» стало понятно, что развивать ШПД довольно муторно, а прибыли на нашем высококонкурентном рынке домашнего интернета не так уж и много. Так почему бы не предложить паре миллионов существующих абонентов подключить мобильную связь и тем самым обеспечить рост выручки в целом. Да, на интернете оператор терял, но получал новых и, самое главное, стабильно платящих большую абонентскую плату клиентов. Сказано — сделано, и с первых же дней количество абонентов, перешедших на конвергентный тариф, взмыло, как выражаются сопричастные, «клюшкой вверх».

Неудивительно, что в гонку немедленно включился «Ростелеком». У практически государственного оператора серьезная база абонентов домашнего ТВ и интернета, а мобильную связь он получил, прикупив себе Tele2. И пусть качество услуг оставляет желать лучшего, а получить заявленную в тарифе скорость практически нереально, только лишь за счет инерции «Ростелеком» смог составить «Билайну» значительную конкуренцию в конвергенте. Мешает «Ростелекому» лишь его излишнее рвение выполнять все мутные инициативы наших законодателей. Что сказывается на качестве услуг. Автор этих строк лично сдал все оборудование «Ростелекома» обратно оператору и перекусил их кабель, ведущий в квартиру. ТВ-приставка работала с перебоями, картинка замораживалась, а интернет при оплаченных ста мегабитов с легкостью тормозился до тридцати по неведомым причинам. Но автор этих строк плохой пример, большинство абонентов «Ростелекома» довольно.

Молва о том, что за услуги связи можно платить в разы меньше, если подключить их у одного оператора, распространилась со скоростью сообщений в социальных сетях, и вот уже обычные операторы начали судорожно искать варианты объединения своих услуг в единый пакет. Не всегда это проходило гладко. Например, уральский «Дом.ру» экспериментировал с тарифами «МегаФона», но практически сразу свернул проект. По словам гендира «Дом.ру», произошло это в первую очередь потому, что «МегаФон» не стал давать партнеру достаточной свободы и хорошей цены. Это как минимум забавно, потому как «МегаФон» то быстро нашел себе замену, а вот каким образом собирается выживать «Дом.ру» в мире, где ШПД скоро будет доступен без проводов, непонятно.

Рынку платного ТВ и вовсе уже можно заказывать гроб и готовиться к похоронам. Речь, конечно, о традиционных операторах, а не индустрии в целом. И причина тому — мобильные операторы и их сервисы платного ТВ. Тот же «МегаФон» предлагает бесплатный пакет каналов «МегаФон ТВ» всем абонентам своих пакетных тарифов. И зачем, спрашивается, что-то еще, если приложение оператора можно установить прямо на телевизор, не говоря уже о мобильных устройствах и стационарных компьютерах. На что надеются операторы с домашними сетями, но без мобильной связи? На то, что абоненты будут нести деньги просто за красивый бренд?

Как показывает практика, абонентам на бренд в общем-то плевать. Лишь бы было подешевле.

К оглавлению

Не время для беспилотников

Смотреть на YouTube
Слушать в mp3

Прорыв в космических технологиях в 60-х годах прошлого века дал настолько мощный заряд энтузиазма, что еще много десятилетий человечество было уверено: вот-вот, и на Марсе будут яблони цвести. Однако довольно быстро выяснилось, что, во-первых, до Марса долететь человек в обозримом будущем вряд ли сможет, и, во-вторых, яблони там зачахнут. Похожее разочарование ждет и тех, кто уверен в скором запуске беспилотного транспорта в России. Да, у нас есть несколько прототипов, а «Яндекс» уже готовит к масштабному тестированию тысячи беспилотных автомобилей. Но любые технологии, основанные на искусственном интеллекте, неизбежно сталкиваются с двумя проблемами. Это мораль и связь.

О моральных аспектах работы искусственного интеллекта написано немало книг, а противники внедрения компьютерного разума в повседневную жизнь обожают простейший пример. При неизбежности столкновения и смертельного исхода, какой выбор сделает искусственный интеллект? Кого он спасет, водителя, взрослого человека или ребенка? Если исходить из принципов робототехники, придуманных, кстати, не инженерами, а писателями-фантастами, робот сделает выбор в пользу хозяина, то есть водителя. Но является ли это справедливым решением? Искусственный интеллект к рефлексии не способен и подчиняется лишь заданным создателем алгоритмам.

Допустим, «Яндекс» избежит традиционной ошибки в проектировании искусственного интеллекта для своего беспилотного автомобиля, и настроит его исключительно в соответствии с правилами дорожного движения. Но каждый, кто провел за рулем хотя бы год, прекрасно понимает, что невозможно не нарушить правила. Ситуации бывают разные. Например, единственную полосу движения заблокировал сломавшийся автомобиль. Справа — отбойник, слева — двойная сплошная. Пересекать двойную сплошную нельзя, и беспилотник в таком случае просто остановится и будет ждать, когда будет устранено препятствие. Тогда как любой вменяемый водитель, разумеется, объедет препятствие, а любой вменяемый полицейский не станет его за это штрафовать.

Но даже если инженеры предусмотрят абсолютно все подобные случаи, все равно останутся ситуации, в которых беспилотный автомобиль должен будет договариваться с другими участниками движения. Одним из самых банальных примеров является равнозначный перекресток, на который со всех четырех сторон подъехали автомобили. Правила говорят нам, что разъехаться автомобили могут по взаимной договоренности, то есть водители должны сами договориться, кто из них проедет первым. Как это должны делать беспилотники, особенно если каждый из них управляется собственной системой автопилота? Ну вот представьте, что встретились на перекрестке беспилотники Google, Apple, Tesla и «Яндекс». Что им делать? Конечно, если они будут подключены к единой системе диспетчеризации, то она самостоятельно определит приоритеты, но для этого нужна связь.

К сожалению, именно связь будет сдерживать развитие беспилотного транспорта. Не только в России — по всему миру. Проблема в том, что для управления экосистемой беспилотных транспортных средств требуется сеть 5G, славящаяся низкой задержкой и высокой скоростью передачи данных. Низкая задержка требуется для того, чтобы автомобиль мгновенно сделал запрос и немедленно получил ответ, от этого напрямую зависит безопасность всех участников движения. Ну а высокая скорость требуется для того, чтобы вся информация, получаемая сенсорами и камерами беспилотника, обрабатывалась в облаке, только так будет достигаться единый пользовательский опыт.

Но сетей пятого поколения у нас де-факто нет. Те куски покрытия и то качество, которое могут обеспечить операторы в условиях частотного дефицита, не позволят обеспечить достойную работу беспилотных систем. А значит и беспилотного транспорта в обозримом будущем не предвидится. По крайней мере в том виде, в котором его ждут обыватели.

К оглавлению

На какой игле сидит "Яндекс"

Смотреть на YouTube
Слушать в mp3

Андрей Кривенко неоднократно с гордостью говорил, что развивал свои сети «Избенка» и «Вкусвилл» без привлечения финансирования и кредитов. Вполне возможно именно поэтому его компания прошла через все кризисы без особых потерь. Инвестиционная игла, на которую мечтают подсесть технологические стартапы, действительно может дать серьезное ускорение бизнесу. Но вселенная гармонична, и как только заканчивается приток новых инвестиций или кредитов, большая часть бизнеса немедленно начинает тонуть. Просто потому, что никогда не была бизнесом. Давайте поговорим об этом.

Одной из главных мантр кремниевой долины является необходимость роста. Нужно больше пользователей, больше охвата. И действительно, практически любой сервис, получивший популярность и распространенность, обычно не имеет монетизации. О том, как зарабатывать деньги, начинает задумываться уже другой менеджмент. Ведь те, кто накачивал сервис пользователями, при первом вопросе «а как мы будем зарабатывать» немедленно собирают вещи и исчезают из офиса. Чтобы спустя пару дней написать в социальной сети полный боли пост о том, что их выжили из компании негодяи, заботящиеся лишь о деньгах.

Нельзя сказать, что для роста нужны только деньги. Конечно нет, нужны и мозги, и компетенции. Одна компания на миллион долларов даст рост в десятки раз, а другая спустит деньги на красивый офис, секретаршу и смузи. И попросит еще. Но в любом случае ни первая, ни вторая команда не будет думать о том, как на появившихся миллионах пользователях зарабатывать. Более того, если сам бизнес подразумевает прибыль с первых дней, то стремительный рост для него принесет больше вреда, чем пользы. Просто потому, что реальный рынок работает иначе.

За примерами далеко ходить не надо. Uber изменил индустрию такси до неузнаваемости. И первые несколько лет в эйфории пребывали все. Пассажиры получили возможность вызывать такси через приложение и буквально в реальном времени наблюдать, как к ним подъезжает машина. Водителей же держали на стероидах премиальных доплат, ведь Uber понимал, что мало привлечь пассажиров, нужно чтобы кто-то их возил. Доходило до смешного. Когда в город, например, Самару приходил Uber, то все водители начинали получать доплаты за каждую поездку вне зависимости от того, сколько заплатил пассажир. В результате каждая поездка была убыточной для Uber, зато сервис прирастал и пользователями, и пассажирами. Чем это закончилось для компании в России известно, «Яндекс» скушал его не подавившись.

Сам «Яндекс» сидит на более тяжелых наркотиках. Как и Mail.ru Group, компания имеет стабильный приток финансов от рекламных сервисов и может себе позволить любые эксперименты. Но если Mail.ru Group просто влачит аморфное состояние и живет себе в удовольствие, ни на что не претендуя, «Яндекс» решил действовать как настоящие зубры кремниевой долины. Запустить каршеринг? Не вопрос, вот вам тысячи новых автомобилей и тарифы ниже рынка. То, что бизнес-модель не склеивается, никого не волнует. Ведь главная стратегия — уничтожить конкурентов, отчаянно демпингуя и вытесняя их с рынка. Война на уничтожение — эффективный метод, но фактически это соревнование бюджетов, а не сервисов. У кого денег больше, кто дольше способен продержаться в осаде, тот и победил.

Для таких затяжных войн как раз и нужны инвестиции и кредиты. Но, по сути, это то же самое, что сидеть за рулеткой в казино и надеяться, что шарик несколько раз подряд упадет на нужное число. С точки зрения теории вероятности, такое возможно. Но обычно деньги кончаются раньше. А теперь, когда внезапно государство решило ограничить иностранное финансирование значимых интернет-компаний, деньги не просто кончатся, кончатся и источники финансирования. Ведь в России никто не даст проигравшемуся на рулетке «Яндексу» столько, сколько готовы выделить сидящие на другом континенты лопухи.

К оглавлению

Подписывайтесь на канал Content Review в Telegram и читайте свежие «утренние реплики» ежедневно, а не раз в неделю. Приглашаем вас и в новый канал «Телеком поток», куда транслируются все новые публикации с сайта Content Review без авторских комментариев.

Присоединяйтесь к нашему каналу в Telegram, группам ВКонтакте и Facebook!
comments powered by Disqus