Google разрешила платить мимо кассы Google разрешила платить мимо кассы Актёр клонировал голос, чтобы отбиться от пиратов Актёр клонировал голос, чтобы отбиться от пиратов TSMC переводит ИИ на свет TSMC переводит ИИ на свет YouTube судят за то, что он не отключил рекламу Premium-подписчикам YouTube судят за то, что он не отключил рекламу Premium-подписчикам

Яндекс и Mail.ru Group опоздали на Zoom-вечеринку

3 мин

Кажется, как минимум до конца этого года мы будем обсуждать последствия пандемии. Впереди нас ждут оценки и прогнозы, но как минимум одно уже понятно. Мир остался прежним. Не прошло и недели после снятия всего лишь некоторых ограничений, а Москва, да и другие города, наполнились людьми. Все как и прежде куда-то спешат, парки как и прежде забиты молодыми мамочками с колясками, а импровизированные пляжи просто лопаются от наплыва желающих пожариться на солнце и искупаться в грязной воде. Никакой социальной дистанции, никаких масок, никаких перчаток. Хорошо, если руки продолжают мыть. Так что нет, мир остался прежним. И возникает вопрос: что делать тем, кто готовился к несколько иному раскладу? Что делать с возведенными госпиталями? Куда девать килотонны изготовленных масок? И если электронная коммерция найдет применение прокачанным платформам и новым складским помещениям, то в сфере программного обеспечения вырисовывается нешуточный пузырь. И имя ему — видеоконференцсвязь.

Именно индустрию ВКС пандемия застала врасплох. Как мы пользовались видеосвязью? Ну, иногда созванивались для общения тет-а-тет. Групповые видеоконференции были настолько маловостребованы, что разработкой этих сервисов занималось исчезающе мало компаний. Да, в России есть всякие TrueConf с Videomost, но ориентировались они не на пользователей, а на тех, кто от безысходности был готов терпеть все: и убогий интерфейс, и высокую стоимость, и непонятную механику, и отсутствие кроссплатформенности. Выбора у чиновников не было, импортозамещение ведь никто не отменял. И тут грянула пандемия, самоизоляция, удаленка. Казалось бы — рай для рынка видеоконференцсвязи. Но внезапно оказалось, что убогими российскими разработками пользоваться хочет чуть меньше, чем никто. Просто потому, что эти разработки никогда не были ориентированы на пользователей. Настоящих, а не взятых в заложники концепцией импортозамещения.

Честно говоря, о сервисе Zoom мало кто знал до пандемии. А сегодня он стал самым популярным сервисом для проведения рабочих совещаний. Повторимся — у тех, кто имеет возможность выбирать. Через несколько недель после начала глобальной самоизоляции подтянулись Google и Microsoft с обновленными решениями для видеоконференций. А что наши? А наши компании решили — зачем дорабатывать софт, когда можно сделать его бесплатным и тем самым привлечь аудиторию? И ведь даже кого-то привлекли, но абсолютное большинство предпочло заносить деньги зарубежным сервисам. Потому что они простые и понятные, потому что у них есть мобильные приложения. Но главная причина кроется в психологии. Мы редко меняет что-то из простых, рутинных привычек. Пользуемся одной пастой, пьем одно молоко, покупаем смартфоны на одной и той же операционной системе. Видеоконференции — это последнее, на изучение чего хотелось тратить время в эти скорбные дни.

Тем смешнее наблюдать за тем, как сейчас запускаются один за другим отечественные системы видеоконференцсвязи. Mail.ru Group и Яндекс выкатили свои платформы. Не отстают и никому не известные компании. И даже TrueConf зашевелился. Но время упущено и ушло безвозвратно. Да, риск появления второй волны коронавируса есть, но даже если это случится, то вряд ли пользователи будут менять платформы. Они сдуют пыль с аккаунта Zoom и продолжат пользоваться тем, что им удобнее.

Есть и еще одно забавное наблюдение. Одними из первых на рост популярности видеоконференций отреагировали, как это ни странно, Canon и Nikon. Они выпустили небольшие утилиты, которые превращали подключенную к компьютеру фотокамеру в вебкамеру. А что выпустили наши компании? Ну кроме пресс-релизов о величии собственных платформ, которыми пользоваться могут лишь особо упорные сисадмины? Вопрос, конечно, риторический.